Мария Семенова, Дмитрий Тедеев "Бусый волк. Берестяная книга"

Продолжение "Бусого волка". Написано неплохо, есть инетресные события, но... Мистика всякая, непонятная и ненужная. Можно было не читать.

Александр Розов "Меганезия"

Что-то на меня нашло и я перечитал почти всю Меганезию...И хотя я собирался перечитывать ее с закладками в интересных местах (вот тут собирался), но не сделал этого... Так что просто констатирую факт: перечитал. С удовольствием. Хорошая утопия.

Эдуард Кондратов "Птица войны"

То ли "По багровой тропе в Эльдорадо" действительно лучше, то ли я "Птицу войны" просто не во-время прочитал... А попалась бы она мне лет в 10-12 - и была бы среди любимых книг. Наверное. 8-)

История подростка-англичанина, ушедшего в племя маори на Новой Зеландии и даже возглавившего потом борьбу с колонизаторами. Страхи и ужасы, быт туземцев и белых, самоотверженность, любовь и дружба, война и мир. И все это очень хорошо и в нужных пропорциях. И что ж мне не 12 лет... 8-)

Сьюзен Коллинз "Голодные игры"

Это трилогия, "Голодные игры", "И вспыхнет пламя", "Сойка-пересмешница". В принципе, подростковая.

Первая книга очень хороша, эдакая смесь "Бегущего человека", "Рыцарей 40 островов" и "Игры Эндера". Первое - потому что узаконенная охота на человека, второе - потому что бьются между собой подростки, а третье - потому что подробно описывается подготовка. 8-) Ну и персонажи вполне себе живые люди, со своими тараканами и идеалами в мозгах.

Вторая и третья книги похуже. Во-первых, потому, что практически повторяется сюжет первой (что-то случилось - забирают на "Голодные игры" - нестандартно выигрывают "Голодные игры" - что стало в результате). В результате в конце третьей книги происходит революция, но оказывается, что неизвестно кто же все-таки выиграл, а кто проиграл... Ну, это с большинством революций так. А во-вторых, потому, что главная героиня все-таки - странная девочка, никак не определится с симпатиями и вообще... Как-то я в подобных книгах желаю ясности. 8-) Впрочем, оба парня чертовски симпатичны, и у меня есть подозрение, что автор просто не смогла выбрать, с кем же ее любимой главной героине остаться. 8-)

Не обращайте внимания на то, что я тут наспойлерил - читаться все равно будет интересно. 8-) Уж первую книгу надо однозначно прочитать, а там - как пойдет.

Леонид Соболев "Капитальный ремонт"

Быт и нравы предреволюционного царского флота. Кают-кампания и кубрики нижних чинов, адмиралы и кочегары, молодой восторженный гардемарин и молодой, но уже растерявший все свои восторги, лейтенант... Хорошая книга. Правда, я ждал большего, слишком восторженные отзывы о ней я слышал... Или мне казалось, что эти отзывы восторженные. 8-)

Главные герои - два брата, гардемарин и лейтенант. Мне показалось, что гардемарин уж какой-то слишком... восторженный. Как-то его рассуждения о жизни были почти копией рассуждений, скажем, Пети из "Белеет парус одинокий". 8-) С другой стороны - наверное, это совершенно нормально для семнадцатилетнего пацана. Я в 17 лет уже не воображал себя спасителем человечества или благородной дамы, но конец 20-го века - это все-таки не начало 20-го века. Наверное. 8-) А старший брат очень хорош, как-то в нем все в меру. Ирония в разговорах (даже с налетом цинизма) и благородные поступки - это, как мне кажется, очень привлекательный образ.

— Беда, Юрик, в том, что революция делается и будет сделана не нами — я имею в виду нас обоих. И в том еще, что нас в нее не примут. Слишком велика ненависть к нам, офицерам, веками накопленная. Каких-либо Морозовых, без году неделя на флоте существующих, примут за своих, а нас с тобой — никогда. На нас — неоплаченные долги отцов. Груз линьков, шпицрутенов, вековая рознь кают-компании и палубы, господ и матросни… Ты думаешь, я не догадываюсь, что в кубриках есть революционные организации? Не поспел я тебе рассказать: вчера один мой комендор влип, Тюльманков. Кормового орла испохабил. Я полагал — обозлился на взыскание Шиянова. А Тюльманков, когда его увозили на берег, звал на помощь какую-то боевую организацию, которая на корабле, видимо, существует и к которой мне, по всей видимости, доступа не будет во веки веков. Туда путь закрыт. Моста нет. Каков бы я ни был и что бы я ни думал, туда мне, как и тебе, не попасть… Но есть другой путь.

...

— Так вот, тайна такова: петербургское гвардейское офицерство, часть флотских офицеров, кое-кто из министров стоят на том, что надо произвести дворцовый переворот и объявить Николая Николаевича регентом наследника. Считается, что в этом спасение России. Августейший друг весной приглашал и меня к содействию, заманивал будущей карьерой. Я подумал и уклонился, чем, видимо, попортил с ним отношения. Полагаю, ты меня поймешь. Скажем, Греве или твоему дураку Бобринскому в такое дело прямая дорога, а нам с тобой — вряд ли. Нас эти новые декабристы в свою компанию не примут. Мы у них не свои… Вот и выходит — болтаемся мы вроде известного предмета в проруби: ни к тому, ни к другому краю… И получается невеселая картина: кто бы революцию ни начал — сверху или снизу, — мы с тобой ни к матросам, ни к аристократам не прибьемся…

— Я вот чего не понимаю, — с усмешкой сказал Юрий. — По-видимому, ты готов и сам делать революцию, только не знаешь, как и с кем взяться. А весной ты говорил совсем другое — помнишь? — о жерновах истории. Что они раздавят каждое зерно, которое подымется дыбом, и что важно найти для себя ямку. Так когда ты шутил: сейчас или тогда?

— Ядовито, — улыбнулся Николай. — А впрочем, готов объяснить. Видишь ли, у меня две философии: одна — сложившаяся в опыте жизни, которая заключается в желании найти ямку между жерновами, а вторая — желание все переустроить, переменить. Недаром я в гимназистах на сходки бегал и на митингах шумел. Первой философией я себя успокаиваю, уговариваю, что мне ужасно хочется спокойной жизни и просвещенного цинизма. А вторая прет сама по себе изнутри, особенно когда хлопнешься вот так мордой об стол, как сегодня… Какая перетянет — покажет время…

Александр Грин "Бегущая по волнам"

Захотелось перечитать, но постараться быть очень внимательным и не пропускать описания природы и внутреннего мира персонажей. 8-) Не сказать, что я раньше так вот наискосок читал, но все-таки...

Весьма непросто пишет Александр Степанович. Длинные фразы, само их построение... Это просто необходимо читать медленно. Я многое пропускал и упускал раньше.

Разумеется, я узнавал свои желания постепенно и часто не замечал их, тем упустив время вырвать корни этих опасных растений. Они разрослись и скрыли меня под своей тенистой листвой. Случалось неоднократно, что мои встречи, мои положения звучали как обманчивое начало мелодии, которую так свойственно человеку желать выслушать прежде, чем он закроет глаза. Города, страны время от времени приближали к моим зрачкам уже начинающий восхищать свет едва намеченного огнями, странного, далекого транспаранта, – но все это развивалось в ничто; рвалось, подобно гнилой пряже, натянутой стремительным челноком. Несбывшееся, которому я протянул руки, могло восстать только само, иначе я не узнал бы его и, действуя по примерному образцу, рисковал наверняка создать бездушные декорации. В другом роде, но совершенно точно, можно видеть это на искусственных парках, по сравнению со случайными лесными видениями, как бы бережно вынутыми солнцем из драгоценного ящика.

Но все равно лучшие два момента как воспринимались раньше - так и сейчас не стали лучше. И не стали хуже. "Это было, Биче, простите меня" и "Добрый вечер! – услышали мы с моря. – Добрый вечер, друзья! Не скучно ли вам на темной дороге? Я тороплюсь, я бегу…"

Ну и "Алые паруса" надо перечитать, на днях перечитаю. Отдельный пост писать уж не буду, считайте, что я их уже прочитал - ну а что я смогу нового про них написать? 8-)

Олег Дивов "Объекты в зеркале заднего вида"

Этот блог еще не умер! 8-)

Дивов выдал производственный роман. Про автозавод. Рабочие, инженеры, менеджеры, конвейер, производственные процессы, борьба за качество и эффективность... Но особенность в том, что завод у нас, а принадлежит американцам. И не просто особенность, а очень много особенностей! Хотя постепенно становится ясно, что дело не в нас и не в американцах - а во времени и в людях. Просто людях. И не только иностранцы, но и наши делятся на пиндосов и непиндосов... Не люблю этого слова, но в книге оно очень к месту и по делу.

На заводе конфликт, долго назревающий и наконец прорвавшийся. И показывают нам этот конфликт сначала как он проходил в реальности - с психологией, политикой и производством. А потом еще показывают как он проходил на самом деле - с мотивами, страхами, предательствами, глупостью... Случайностью. Оч-ч-чень все получается "совсем не так, как на самом деле"...

Что любопытно, хотя действие происходит в недалеком будущем (лет 20-30), но из фантастических допущений присутствует только одно: в России делают лучшие в мире машины. 8-)

Тонино Бенаквиста "Сага"

И чего это я взялся читать эту книгу - совершенно не помню. Современный французский роман. О том, как наняли команду неизвестных сценаристов для работы над сериалом, который делался "для галочки". Ну, и снимался он для тех же целей (и с тем же качеством), и показывался в 4 ночи... И что получилось в результате работы людей, которых никто ни в чем не ограничивает, кроме как в финансах. А получилось ого-го что! 8-) И как появляется ответственность за свою работу. И как осуществляются мечты... И чем все кончается.

А в общем это настоящая работа в жанре реализма. Психология, характеры (очень интересные и хорошо выписанные), взаимоотношения. И еще сатира на масскульт... Нет, не сатира, пожалуй. Просто показ - как оно. Любопытно весьма.

Валентин Иванов "Желтый металл"

Я очень люблю исторические книги Иванова (вот, вот, и вот), но ведь он наверняка еще что-то написал! 8-) Решил посмотреть - да, довольно много.

"Желтый металл" - это смесь детектива с производственным романом. Причем, производств рассматривается два: по добыче золота и по его краже. И это производство кражи золота очень серьезное и сложное! 8-) Очень подробно показывается путь золота от прииска до все более серьезного скупщика. Конечный пункт потребления этого золота, правда, не показан... Ну, не считая кубышек и ювелиров... Но ювелиры (и стоматологи) - это мелочь, в кубышках значительно больше. Но львиная часть уходит куда-то еще - кто знает... Ну и милиция не дремлет, конечно.

До своего собственного прекрасного языка Иванову в этой книге еще далеко, написано достаточно сухо и даже где-то в стиле сочинения "Как я провел каникулы у дедушки", но читается все равно очень хорошо - уж больно материал увлекательный! И характеры людей выписаны хотя и суконно, но подробно и точно. Ну и есть просто замечательные сцены. Ну, вот например:

Совершив сделку с Василием Лугановым, Петр Алексеевич «обмывал» барыши, пировал. Пир был особый, по-зимороевски.

– Акилина, собери на стол чего знаешь!

Щеголяя начитанностью из священного писания, Зимороев звал жену «крещеным» именем: ведь Акулина есть искаженное Акилина, как не Матрена, а Матрона, не Авдотья, а Евдокия.

Акулина Гурьевна вытирала стол, бережно обходя мужа, который сидел истуканом в жестком кресле, распоряжаясь глазами и выкриками:

– Подтяни скатерть-то! Не так! Левый угол, кому говорят!

Акулина Гурьевна расстелила цветастую камчатную скатерть с густой бахромой, поставила на стол объемистый графин богемского стекла с водкой, настоенной на горьких травах: полыни и мяте. Зимороев был любителем и коньячка, но покупать его жадничал: будь хоть градусы с водкой разные, а то одинаковые. К графину явилась глубокая хрустальная рюмка. Прибор покоился на серебряном подносе, доведенном рачительной хозяйкой до небесного сияния.

Убранство стола дополнила фарфоровая миска с чищенным на дольки чесноком, черный хлеб и солонка.

– Позови. Соседа и Кольку.

Сын появился, ступая тихими шагами, и встал у двери. Сосед Иван Григорьевич Москвичев, по годам ровесник Петру Алексеевичу, сторож на хлебозаводе, вступил в комнату, соблюдая обряд. Долго молился на образную в углу, крестясь двумя перстами по-старообрядчески, а затем поклонился в пояс молвив:

– Мил дому сему.

Москвичев был тонкоголос, не выговаривал «эр» и сильно «окал». О себе он говорил: «Я столовел», – вместо «старовер».

– Здравствуй, Иоанн, – ответил хозяин. – Садись, что ли, будем угощать вас.

Москвичев и Николай Зимороев присели у пустого края стола – угощение стояло перед хозяином.

– Выпьем, – пригласил Зимороев. – Акилина, наполни.

Через палец – не попали бы в рюмку травки – Акулина Гурьевна налила мужу. Зимороев сказал:

– С господом-богом! – и опрокинул настойку под усы.

– Здоловьечка желаю вам, также успехов во исполнении ваших дел, – облизнувшись, сунулся вперед бороденкой Москвичев.

За ним слово в слово произнес приветствие и Николай. Петр Алексеевич с хрустом сжевал дольку чесноку, плавными движениями расправил бороду – сначала обеими руками вверх, потом пятернями на обе стороны, – и попрекнул сына:

– А тебе трудно стало пожелать отцу?

– Я, тятенька, сказал, – возразил Николай.

– Сказал… – презрительно передразнил отец. – Иоанн, тот сказал, ты ж – повторил. Эх, Николай, Николай!.. Учим мы тебя, учим… Акилина! Плесни Иоанну. Да чего ты, глупая, палец суешь? Эка ему-то беда, коль травинка попадет! Поперек глотки не встанет.

– Не встанет, Петл Алексеич, не может она встать. Плоглочу! – подхихикнул Москвичев. – Пью единственно за всех ваших дел удачу, блогополучное вам начало со свелшением.

– Ладно тебе, – довольно раздуваясь, сказал хозяин. – Акилина, не спи! Плесни-ка еще пискуну! Да Коле-Николаю дай уж…

Акулина Гурьевна угощала гостей из простых граненых стаканов, которые были приготовлены на подоконнике, а не на столе. Стол – для хозяина. Для гостей же были приготовлены черный хлеб с солью. Сам закусывал одним чесноком: выпьет – и дольку в рот.

Так Петр Алексеевич Зимороев «гулял». Гуляя, болтал. Для болтовни требуются слушатели, для веселья – подхалимы-развлекатели. Обе эти роли выполнял Москвичев, распутный старичишка, «Ваня лыба-в-лот» по уличной кличке, которая пошла от любимой поговорки Москвичева: «Это те не рыба в рот!»

Ну, и так далее. Очень смачно прописано!

А еще говорят, что эту книгу изъяли в свое время. Слишком хорошо были расписаны пути золота и работа милиции. Может это и байка... 8-)

Майн Рид "Всадник без головы"

Что-то захотелось перечитать... Ну, в общем, не зря захотелось. 8-) Как мы в него играли! Правда, это было не после книги, а после фильма, скорее всего. Но все равно, книга в детстве прочитана не один раз.

В детстве ее и надо читать. Правда, язык очень тягучий, много повторов, красота Луизы всегда несравненна, а Кассий всегда коварен и злобен... У современных детей может и не пойти. С другой стороны как замечательно разговаривают негры! И прекрасны Зеб Стумп и Фелим!

Исидора Коварубио де Лос Льянос! Музыка! 8-)

Василий Аксенов "Таинственная страсть"

Последний роман Аксенова... Хороший роман. Почти нет эдакой аксеновской модернистской игры, которую я не очень люблю, нет стеба, который я не люблю еще больше. А есть очень добрый рассказ о друзьях и знакомых.

У романа есть подзаголовок: "Роман о шестидесятниках", и правда можно понять - кто же такие эти шестидесятники, чем они жили, как и о чем думали. Евтушенко, Рождественский, Ахмадулина, Высоцкий, Вознесенский, Окуджава и многие-многие другие - о чем и как разговаривали, где и как отдыхали и где и как работали. С кем спали и что пили... И хотя я не люблю таких сплетен, но тут не получилось ничего страшного, как-то все описано не грязно и с любовью. Да и не много там этого (но не упомянуть не могу 8-)). Очень любит Аксенов своих друзей. Недругов не любит (тоже очень), но их в романе мало - и те, в основном, аппаратчики и прочие работники идеологического фронта.

В романе три узловых момента: Прага-68 и отношение к этому, МетрОполь и отношение к нему и отъезды и возвращения... Ну и попутно много еще всего разного бытового и великого, смешного и трагичного.

А еще Аксенов взял у Катаева идею не называть явно своих персонажей. Но если Катаев использовал клички, то Аксенов - псевдонимы. И очень узнаваемые. Ну кто такой может быть Роберт Эр? 8-)

Эрнст Гомбрих "История искусства"

Вот книга, которую на ридере читать плохо... 8-( Очень много иллюстраций, причем, иллюстрации важны для восприятия материала. А ридеры на электронных чернилах картинки показывают... плохо. Мягко говоря. В общем, по мере прочтения я регулярно лазил в интернет и смотрел картины в более-менее приличном качестве. Тоже, конечно, не альбом репродукций и уж тем более не оригинал, но альбомы уж очень дороги, а смотреть на "Мону Лизу" в Париж я не поеду. 8-)

История изобразительного искусства, скульптуры и немного архитектуры от пещеры Альтамира и до середины двадцатого века примерно. С объяснением кто и что добавил нового, как развил старое, с описанием стилей, этапов и эпох, особенностями отдельных мастеров и школ в целом. Треченто-кватроченто и прочее. 8-) Прекрасно написано, простым и понятным языком!

Немного задело меня полное отсутствие русских художников... Только Кандинский упомянут, но он-то мне совершенно не интересен. 8-) С другой стороны понятно, что основателями школ наши не были... Но вот задело.

Василий Шукшин "Я пришел дать вам волю"

Давным-давно я эту книгу читал - понравилось. И не разонравилось после этого перечитывания.

История бунта от возвращения из Персии и до казни. То есть, история собственно крестьянской войны, а не "хождения за зипунами". Замечательно прописаны люди - и сам Разин, и ближние его, и воеводы царские... Да все! И язык очень сочный у Василия Макаровича, просто замечательно!

Описывается именно крестьянская война, восстание, а не бунт. То есть, с точки зрения жителя Советского Союза, в котором Стенька Разин был герой, а не вор. Где правда - неизвестно и вряд ли уже будет известно. По Шукшину Степан поначалу думал свалить бояр, но потом решил, что и на царя тоже можно замахнуться. Пробовал придать какую-то "легитимность" этому восстанию, нашел кого-то на роль царевича Алексея Алексеевича, выдал попа-расстригу за патриарха Никона (эх и смачный персонаж! 8-)). Но основная надежда его была на казаков, а не на крестьян, хотя близкий человек его, Матвей, упрашивал его крестьян поддержать... Не поддержал, предал даже. Но с такими далеко идущими планами во всем войске были считанные люди. Сам Степан, да еще два-три человека. А после первого серьезного поражения уже почти никто из казаков не пошел за Разиным - то ж животы класть, а не богатства наживать...

Очень интересно сравнить с другими описаниями этой войны, например, у Логинова в "Колодезе". Везде Разин - сильный человек, прирожденный лидер, но вот цели сильно разные...

Джошуа Слокам "Один под парусами вокруг света"

Эту книгу я тоже очень хотел прочитать в детстве, как и Чичестера.

Первый одиночный кругосветный мореплаватель. Совершил свое плавание в 1895-1898 годах в возрасте уже за пятьдесят. Да еще и свою яхту "Спрей" он фактически построил сам и в одиночку. Точнее, не построил, а обновил, так как кораблик уже существовал, но весь прогнил и Слокам заменил на нем все - начиная от набора и обшивки и заканчивая палубой и мачтой.

Прекрасно написанная книга! Очень оптимистично, с замечательным юмором, да еще и с прекрасными иллюстрациями самого автора! Правда, судя по другим описаниям одиночных плаваний, автору сильно везло, но, с другой стороны, "раз повезло, два повезло - помилуй бог, надобно и умение!" Слокам опытный парусный моряк и капитан, все делал правильно. В своем путешествии он встречался с вдовой Стивенсона и Генри Стенли, отбивался от прибрежных пиратов Огненной Земли, обогнул мыс Горн! В общем, всячески рекомендую.

Ну, и небольшой отрывок, для затравки. 8-)

Плавая в одиночестве в очень мрачных районах мыса Горн, я не обнаружил в себе ни малейшей склонности лишать жизни любое живое существо, разве только в целях самообороны. Эта черта характера, свойственная всем отшельникам, усиливалась на протяжении плавания, и под конец мне даже опротивела мысль о необходимости убийства съедобных животных. Правда, на островах Самоа я с удовольствием кушал жареных цыплят, но категорически воспротивился предложению взять с собой в Дорогу живых кур, чтобы их затем резать и жарить. Миссис Стивенсон, услышав мой протест, согласилась, что резать и съедать спутников по плаванию — это граничит с убийством и каннибализмом.

Что касается комнатных животных, то на «Спрее» не было места для большой и породистой собаки, а всякие мелкие шавки ассоциируются у меня с заболеванием бешенством. Мне пришлось быть свидетелем смерти от этой страшной болезни одного крепкого молодого немца, а также слышать о смерти по той же причине человека, имевшего со мной дела по страховым операциям. В другой раз я видел, как экипаж судна залез на рангоут, спасаясь от собаки, носившейся в припадке бешенства по палубе. Поэтому я решил, что экипажу «Спрея» не следует подвергать себя риску из-за какой-то собаки и, несмотря на некоторую предвзятость суждения, отвечал следующим образом на часто задаваемый мне вопрос: собака и я не могли бы долго вместе прожить на судне.

Кошка — более безобидное, хотя и не слишком общительное существо, но, право, кошке нечего было бы делать на борту «Спрея». На Кокосовых островах на борту «Спрея» появилась крыса, а еще одна вместе с сороконожкой залезла в трюм во время стоянки на острове Родригес. Одну крысу я выгнал с судна, а другую изловил. Вот как это было: для первой крысы я начал сооружать хитроумный капкан, твердо рассчитывая, что крыса в него попадется и будет уничтожена. Однако храбрый грызун не дал себя обмануть и, поняв намек, удалился на берег в тот самый день, когда капкан был закончен.

Существуют традиционные методы уничтожения крыс на корабле, но к крысе, залезшей ко мне на острове Родригес, я отнесся терпеливо, и только нарушение дисциплины повлияло на крысиную судьбу. Однажды ночью, когда я спал, а судно шло своим направлением, крыса принялась лазить по мне, начав путешествие с моей головы, а тут я очень чувствителен, Спал я чутко и, прежде чем она достигла моего носа, крикнул: «Крыса!», схватил ее за хвост и выбросил в море.

Что касается сороконожки, то я ничего не знал о ее присутствии, пока, подобно крысе, она не поползла по моей лысине и не укусила в темя. Этого я также не мог потерпеть.

Против болезненного укуса я применил чуточку керосина, и все прошло. С того момента присутствие какого-либо живого существа стало мешать моему одиночеству.

На моем судне не было ни одного насекомого, если не считать бостонского паука, его супруги и целого выводка молодых паучков. Впрочем, должен заметить, что на последнем этапе плавания по Индийскому океану я страдал от комаров, которые сотнями появлялись из лившей с небес дождевой воды. Стоило бочке с дождевой водой простоять на солнце пять дней, как раздавалась хорошо мне знакомая музыка комариного жужжания, которую слышишь повсюду, от Аляски до Нового Орлеана.

Находясь в Кейптауне, я услышал за обедом пение сверчка, и мой хозяин мистер Брэнскомб вызвался поймать для меня парочку сверчков. На следующий день на «Спрей» была прислана коробка с надписью: «Плутон и Бездельник». Я поставил коробку в ящик нактоуза. Сверчки оставались несколько дней без пищи, так как никто толком не знает, чем их надо кормить. По-видимому, «Плутон» был каннибалом, так как, открыв ящик, я обнаружил на дне только крылышки бедного «Бездельника». История имела печальный конец и для «Плутона» — он лежал недвижимо на спине, без всякой надежды когда-либо застрекотать.

Алан Александр Милн "Винни-Пух и все-все-все"

Вот перечитал Винни-Пуха между делом (в пересказе Заходера, конечно). Ничего говорить не буду - ничего более внятного чем "Ах! Ох! Да! Класс!" я все равно не придумаю. 8-)

И все-таки Иа-Иа - вне конкуренции! "Душераздирающее зрелище. Вот как это называется - душераздирающее зрелище."

Мария Семенова, Дмитрий Тедеев "Бусый волк"

Начинаем описывать то, что начитали в отпуске. 8-)

Мир "Волкодава". Венны воспитывают принесенного виллами мальчика неизвестного рода (воспитывается у Белок). У мальчика прорезаются паранормальные способности, при этом происходит много всякого страшного и магического, а так же люди появляются, уцелевшие после уничтожения Самоцветных гор - то есть, люди нехорошие... А мальчик оказывается сыном известных по предыдущим книгам людей... В общем, хорошо написано, но как-то без конца. Может быть, конечно, это такой открытый конец, но тогда мне такие открытые концы не нравятся. Если будет продолжение - прочитаю, но все равно это уже совсем не первый "Волкодав", хотя и лучше последних книг о нем. Прочитать было приятно. 8-)

Олег Дивов "Консультант по дурацким вопросам"

Новая книга у Дивова - и опять не фантастика. 8-)

История о том, как снимали полудокументальное кино о русско-грузинской войне 8.8.8. Со всеми смешными и страшными случаями, которые там приключались. А главный герой обеспечивал эти съемки - безопасность, реквизит, контакты с местным населением, войсками и прочее, прочее, прочее...

Но писалась книга не ради этого, как мне кажется. а ради того, чтобы сказать: это была правильная война. И осетины русских уважают так, как русские сами себя не уважают. А Грузия занималась грязным делом. И мне почему-то Дивову верится... Не знаю почему. А еще книга написана ради того, чтобы показать настоящих, правильных людей - военных, особистов, ГБшников... Что есть такие у нас. Тоже верю.

Владимир Михайлов "Спутник "Шаг вперед""

 После этой повести ничего лучшего Михайлов не написал... "Капитан Ульдемир" хорош, но не цепляет, постсоветские вещи совсем никакие... А тут великолепный сплав пафоса, романтики, юмора, психологии - и всего в меру, и ничего нельзя выбросить! Одна из лучших фантастических книг.

Ну и... Как менялся человек, который сначала работал на Земле, головой. Столкнулся с внезапной смертью, которой на Земле уже в принципе нет. Почти случайно попал в Приземелье, где работают и руками тоже и смерть не в порядке вещей, конечно, но реальность. И как ведут себя люди, для которых смерть реальность. И ради чего они себя так ведут.

А вообще-то это о том, как очень быстро строили звездолет ("Длинный корабль"! Как сказано!) для того, чтобы отправить его на помощь экспедиции, попавшей в беду. Вот так все просто. 8-)

Ну и пару цитат, не могу отказать себе в некоем ностальгическом удовольствии - я эту повесть прочитал в момент ее выхода, в "Искателе". 8-)

Пилот «Кузнечика» отводил душу. «Кузнечик» ревел тремя «Винд-семнадцать», наконец-то дорвавшимися до форсажа. Громовым салютом глайнер прощался с наезженной трассой, вырываясь в простор, о котором всегда мечтают даже маленькие корабли… И он, рыча от восторга, карабкался на вершину невидимого пика.

...

Пока ничего необычного не было… Разве что мигание предупреждающих табло и голос, раздавшийся в капсулах: «Внеочередной, внеочередной, даю пеленг, слушайте ваш пеленг… Включите ваших киберов на прием нашей посадочной программы… Какая частота ваших киберов?» — «Нестандартная, сажусь сам», — ответил несколько измененный передачей голос пилота. «Внеочередной, не уверен, что сядете». — «Пит, узнаю тебя по ушам, вспомни спецзону на Диане». — «Мишка, клянусь святым торможением, это вынырнул Мишка!» — «Взял твой пеленг, Пит. Включаю». — «Пузырь, пузырь, по кличке «Орион», куда лезете в наше пространство, освободите пространство для внеочередного!» — «Но я имею график». — «Поломайте его о колено…»

Александр Розов "Химера" "Посткультура..."

Да, давно я Розова не читал. 8-)

"Химера" - это уже довольно старая повесть. Детектив, хотя правда автором особо не скрывается с самого начала. Не про Меганезию. 8-) И еще и мистика. Химера - это такая женщина-кошка, живет на Соборе Парижской Богоматери - когда не живет в других местах. Хорошая, в смысле положительный персонаж, в смысле - "за нас". 8-) Написано симпатично, читается быстро.

"Посткультура и высшая мера гуманитарной самозащиты" - это публицистика, база Меганезии. Гимн либертарианству. Вот любопытная цитата:

Вторую причину следует искать в недостаточной активности прогрессивных литераторов и сценаристов. От них зависит создание понятного образа свободного мира, в котором отсутствует моральный диктат «общественного мнения» и экономический диктат финансово-государственной олигархии. Мода ругать жанр утопии, видимо, не должна рассматриваться, как случайное явление. Эта мода насаждается правящей элитой, чтобы пресечь распространение идей, опасных для ее власти.

Я понимаю так, что Розов решил собственным примером показать "прогрессивным литераторам и сценаристам" как надо действовать - и вот вам Меганезия! 8-) Очень убедительный пример, между прочим.

Ярослав Гашек "Похождения бравого солдата Швейка"

Наконец-то я решился прочитать "Швейка"! Давным-давно я пробовал - и у меня совсем не пошло, ну никак. И вот уже лет 30 как боялся... 8-) Боялся зря, но и катарсиса не получилось. Хорошая книга, но... Однообразная. Сам Швейк и вольноопределяющийся Марек, конечно, просто превосходны! "Настоящему джентльмену всегда есть что сказать". 8-) Ну а весь остальной тупизм, дубизм, дебилизм... Ну - это армия. Обидно, что с начала прошлого века и до начала нынешнего ничего в ней не изменилось. Хорошо бы, конечно, "юноше, обдумывающему житье" эту книгу прочитать перед тем, как собраться в ряды, но, боюсь, что нынешние юноши этого просто не осилят.

Но, несмотря на однообразие, монологи Швейка просто превосходны! Если вдруг кто не читал и после моего отзыва решит, что читать не надо - то посмотрите не нижеприведенный пример, вам может понравиться! В конце концов, если я такой урод, которому не очень нравится "Швейк", то вы не обязаны от этого страдать! 8-)

— Разумеется, пани Мюллерова, — подтвердил Швейк, заканчивая массаж колен. — Если бы вы, например, пожелали убить эрцгерцога или государя императора, вы бы обязательно с кем-нибудь посоветовались. Ум хорошо — два лучше. Один присоветует одно, другой — другое, «и путь открыт к успехам», как поётся в нашем гимне. Главное — разнюхать, когда такой барин поедет мимо. Помните господина Люккени, который проткнул нашу покойную Елизавету напильником? Ведь он с ней прогуливался. Вот и верьте после этого людям! С той поры ни одна императрица не ходит гулять пешком. Такая участь многих ещё поджидает. Вот увидите, пани Мюллерова, они доберутся и до русского царя с царицей, а может быть, не дай бог, и до нашего государя императора, раз уж начали с его дяди. У него, у старика-то, много врагов, побольше ещё, чем у Фердинанда. Недавно в трактире один господин рассказывал: «Придёт время — эти императоры полетят один за другим, и им даже государственная прокуратура не поможет». Потом оказалось, что этому типу нечем расплатиться за пиво, и трактирщику пришлось позвать полицию, а он дал трактирщику оплеуху, а полицейскому — две. Потом его увезли в корзине очухаться... Да, пани Мюллерова, странные дела нынче творятся! Значит, ещё одна потеря для Австрии. Когда я был на военной службе, так там один пехотинец застрелил капитана. Зарядил ружьё и пошёл в канцелярию. Там сказали, что ему в канцелярии делать нечего, а он — всё своё: должен, мол, говорить с капитаном. Капитан вышел и лишил его отпуска из казармы, а он взял ружьё и — бац ему прямо в сердце! Пуля пробила капитана насквозь да ещё наделала в канцелярии бед: раскололо бутылку с чернилами, и они залили служебные бумаги.